Первой чеченской войны можно было избежать, считают эксперты и жители республики

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Непосредственные свидетели и участники начавшейся ровно 20 лет назад, 11 декабря 1994 года, первой чеченской кампании считают, что трагедии можно было избежать. Москва и власти самопровозглашенной Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) могли вести диалог, уверен эксперт Института этнологии и антропологии РАН Ахмед Ярлыкапов.

"Конфликт с Дудаевым можно было решить мирно"

Тогдашние руководство Чечни в лице Джохара Дудаева и высокопоставленные российские чиновники "выросли в СССР", "были с одинаковым мышлением" и вполне могли друг друга понять", такое мнение выразил старший научный сотрудник центра этнополитических исследований Института этнологии и антропологии РАН Ахмет Ярлыкапов в комментарии корреспонденту "Кавказского узла".

По мнению Ярлыкапова, в начале конфликта "у Дудаева не было сепаратистских поползновений". "Нужно было вести диалог и не доводить до военных действий. Конфликт с Дудаевым в рамках существующей политической и правовой системы можно было решить мирно. Являясь кадровым военным, генералом, Дудаев прекрасно знал, что силы не сопоставимы, и вести войну против России абсолютно бесперспективно. Но в условиях начавшейся войны, я думаю, он уже мало контролировал процесс", - считает Ярлыкапов.

Главным политическим итогом первой военной кампании Ярлыкапов считает сохранение Чечни в составе России, но помимо политики есть и другие итоги – "не очень радужные". "Разделение чеченского общества и появление чеченской диаспоры за границей, дифференциация большого чеченского сообщества. Есть огромная травма после войны, и многое еще не осмыслено", - сказал Ярлыкапов.

В целом же Дудаев "и мечтать не мог" о власти, предоставленной нынешним руководством страны главе Чечни Рамзану Кадырову, отметил Ярлыкапов.

"Каждый день ждали сообщения, что война остановлена"

Мирные жители вспоминают, что в декабре 1994 года ожидали скорого объявления перемирия и проведения мирных переговоров. "Больше всего запомнилось, как с наступлением вечера наступала полная темнота, сутками летали самолеты, которые делали фотосъемку. Первая жертва у нас была в конце декабря, когда убили парнишку-соседа во время обстрела из "Градов" и бомбежки центра Грозного (с 18 декабря по Грозному многократно наносились ракетно-бомбовые удары, в результате появились большие жертвы среди мирного населения, - прим. "Кавказского узла")", - рассказала корреспонденту "Кавказского узла" жительница республики Хазман Сайдулаева.

"Никто не верил, что нас будут обстреливать и убивать в своих домах. Когда начался ввод войск, мы воспринимали это как недоразумение. Даже когда пошли первые жертвы, надежда, что этот ужас прекратится, сохранялся. Война затянулась на два года, а потом пришла и вторая", - вспоминает грозненец Ибрагим Мусаев, потерявший в ходе двух военных кампаний в Чечне несколько близких родственников.

"Мы не воспринимали российских солдат как врагов"

Участники боевых действий со стороны самопровозглашенной Чеченской Республики Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах) вспоминают, что в самом начале первой чеченской кампании не было чувства вражды к российским военнослужащим.

"Я тогда служил в одном из подразделений Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) и хорошо помню настроения, которые были в нашей среде. Мы не считали русских солдат врагами, нас стравили политики", - утверждает бывший боец вооруженных формирований Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) Умар.

"В декабре 1994 года наши позиции были в Грозненском районе. Мне больше всего запомнилось, как "федералы" по ночам через мощные динамики призывали нас складывать оружие, а потом включали песню со словами: "Мой ласковый и нежный зверь, я так люблю тебя, поверь", - рассказал бывший ополченец Ваха К.

"Правда, после первого же боя, когда были подбиты несколько единиц бронетехники, захвачены оружие и пленные, песни прекратились. Они тогда поняли, что идет настоящая война. Войны можно было бы избежать, если бы этого захотели в Кремле. Не было бы и второй войны и всего, что сегодня происходит на Северном Кавказе", - резюмировал бывший сторонник Дудаева.

"Мы хотели не войны, а свержения Дудаева"

По словам одного из участников антидудаевской оппозиции, начало активных военных действий стало для него и многих его товарищей полной неожиданностью.

"Мы хотели свержения режима Дудаева. Наши лидеры не скрывали, что при необходимости к нам на помощь придут федеральные войска. Но, наверное, они не предполагали, что начнется война с тысячами жертв и разрушениями. Сейчас я понимаю, что нас, рядовых ополченцев, просто использовали. Если бы я знал, чем все завершится, то не стал бы участвовать в тех событиях", - размышляет житель Надтеречного района республики Зайнди.