Дадаев и Губашев заговорили о роли Путина в деле Немцова

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Убийство Бориса Немцова рядом с Кремлем не понравилось “первому лицу страны”, заявили в последнем слове Заур Дадаев и Шадид Губашев. Осужденные считают, что силовикам нужно было срочно отчитаться о раскрытии преступления, поэтому они решили привлечь к ответственности невиновных.

Как писал "Кавказский узел", Верховный суд России 10 октября незначительно смягчил приговор по делу об убийстве политика Бориса Немцова, отменив штрафы, но подтвердив сроки заключения. Прокуратура выступила против требования адвокатов семьи Бориса Немцова рассматривать его убийство как посягательство на жизнь политического деятеля. С этим согласились и осужденные.

Верховный суд России огласил свой вердикт по делу об убийстве Бориса Немцова после того, как Заур Дадаев, братья Губашевы, Тамерлан Эскерханов и Хамзат Бахаев выступили с последним словом, сообщает корреспондент “Кавказского узла”, присутствовавший на заседании.

Перед тем, как было предоставлено слово подсудимым, в ходе заседания выступили трое прокуроров, двое военных и представитель Генпрокуратуры Мария Семененко. Семененко отметила, что она выступает против удовлетворения апелляционных жалоб, а также прокомментировала заявления стороны защиты о нарушениях, допущенных в ходе процесса.

По ее словам, “вердикт суда был неправильно оформлен из-за технического недоразумения”. “Что касается алиби Дадаева, которое подтверждается видеозаписью с места его жительства, то эксперты посчитали, что данная запись прерывалась. По поводу удаления некоторых подсудимых с процесса отмечу, что они удалялись за неоднократные нарушения порядка”, - сказала Мария Семененко. “Нас удалили для того, чтобы вы врать могли беспрепятственно”, - перебил представителя прокуратуры Шадид Губашев.

Также, по мнению представителей прокуратуры, доводы о пытках “являются голословными и надуманными. “Данные заявления делались для оказания влияния на присяжных заседателей”, - считает обвинитель.

Заур Дадаев в последнем слове настаивал на том, что у него есть алиби. Также он заявил о том, что “следствие по жалобам о пытках никто не проводил”. “В ходе процесса ходатайства стороны защиты и подсудимых не удовлетворялись. Было заявлено, что мотив преступления — корыстный. Но где доказательства? Где деньги? Кто их давал и кому? Никаких следственных действий не проведено, но утверждения о корыстным мотиве есть”, - посетовал Дадаев.

“Я не совершал этого преступления, ничего не доказано, у меня есть алиби. Не доказано, из какого оружия убит Немцов. В вопросном листе присяжным утверждалось, что Немцов был убит из пистолета Макарова. А ведь в материалах дела этого нет. Просто первому лицу страны очень не понравилось, что у стен Кремля убили Немцова. Поэтому нашли нас, для того, чтобы показать работу”, - заявил Дадаев.

Анзор Губашев также заявил суду о том, что он был подвергнут пыткам. “Наши заявления о похищениях и пытках не являются голословными. Прошу отменить приговор, отправить дело на новое рассмотрение”, - заявил Анзор Губашев.

Шадид Губашев рассказал суду о том, что он был подвергнут пыткам в первые сутки после задержания. При этом он также заявил о том, что “первому лицу не понравилось, что Немцова убили рядом с Кремлем”.

Тамерлан Эскерханов заявил о “топорной работе следствия и обвинения”. В свою очередь Хамзат Бахаев отметил, что он “не верит в справедливое правосудие”.

Представители семьи Немцова на середине заседания покинули зал с разрешения судей, отмечает корреспондент “Кавказского узла”.