Аюп Гагиев привел аргументы против изменения границ Чечни и Ингушетии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Договоренности с властями непризнанной Чеченской Республики Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах), которые послужили основанием для подписанного Рамзаном Кадыровым и Юнус-Беком Евкуровым соглашения об измененной административной границе, не имеют юридической силы, заявил 12 сентября глава Конституционного суда Ингушетии Аюп Гагиев. Пользователи соцсетей указали на значимость еще одного пограничного спора - о принадлежности Пригородного района Северной Осетии.

Как писал "Кавказский узел", подписание 26 сентября 2018 года Рамзаном Кадыровым и Юнус-Беком Евкуровым Соглашения о закреплении границы между Чечней и Ингушетией привело к массовым акциям протеста в Ингушетии. 30 октября Конституционный суд Ингушетии признал республиканский закон о границе с Чечней неконституционным. Однако Конституционный суд России, рассмотрев тот же вопрос 6 декабря 2018 года, признал законность соглашения о объявил о его немедленном вступлении в силу.

Глава Конституционного суда Ингушетии Аюп Гагиев продолжил критиковать юридические обоснования соглашения о границе с Чечней. Вернувшись к этой теме на своей странице в Facebook, Гагиев дал правовой анализ соглашений о чечено-ингушской границе 1993-1994 годов, поскольку на них было основано и соглашение 2018 года.

Договор "О принципах определения границ их территории" от 23 июля 1993 года и Соглашение о пересмотре государственной границы между Чеченской Республикой Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах) и Республикой Ингушетия от 29 марта 1994 года, заключенные президентом Ингушетии Русланом Аушевым с руководством Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России), "изначально не имели и не могли иметь юридической силы, а носили чисто политический характер", считает Гагиев. Он пояснил, что подобные соглашения могли заключаться лишь с участием федерального центра, а сама Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах) была непризнанной республикой. С чеченской стороны договор был подписан нелегитимным с точки зрения российского законодательства лицом, и по своей сути эти документы противоречат российскому законодательству, указал Гагиев.

"При этом, договор и соглашение не устанавливают юридически и фактически границу между Ингушетией и Чечней, они не содержат никакого описания такой границы, в этих документах нет каких-либо приложений и других частей, которые каким-либо образом фиксируют границу. Очевидно, что руководство Ингушетии в сложных политических условиях, сложившихся в тот период, пыталось посредством заключения таких соглашений защитить свою государственность и территориальную целостность", - написал Аюп Гагиев в публикации от 12 сентября.

Гагиев добавил, что в 2003 году президентом Ингушетии Муратом Зязиковым и главой администрации Чечни Ахмадом Кадыровым был подписан протокол, согласно которому из территории бывшего Сунженского района Чечено-Ингушской Республики к территории Чечни относятся только Серноводск и Ассиновская, а остальная территория этого района признается под юрисдикцией Ингушетии. "Этот документ послужил, в том числе, основой территориального разграничения наших республик при определении муниципальных границ в 2009 году", - подчеркнул Гагиев.

По состоянию на 17.55 мск 13 сентября эта публикация собрала 88 "лайков" и 40 комментариев, ее перепостили 28 раз.

В рассуждениях Гагиева не хватает критического анализа соглашения 2003 года, считает пользователь Facebook Ас Ас. "Хотелось бы увидеть конкретную юридическую оценку приведенным документам с участием не только Р.Аушева, но и М.Зязикова. Чем и в чем подписанный в 2003 году М.Зязиковым с А.Кадыровым - также за спиной народа - документ о разграничении территории с Чечней более законен и легитимен, чем соглашение, подписанное Ю.Евкуровым в сентябре 2018 года? Об этом не сказано", - написал он.

Другой комментатор, Хасан Актомиров, призвал отложить пограничный спор между чеченцами и ингушами. "Если бы так рьяно ингуши и чеченцы пытались вернуть и отторгнутые земли Пригородного и Ауховского района, было бы прекрасно. Так нет же, там могут сказать отставить, а тут два брата готовы пролить кровь друг друга, и не стыдно. Соседи смеются над нами", - написал он.

С мнением Актомирова не согласились другие пользователи соцсети, прокомментировавшие публикацию Аюпа Гагиева. "Ингуши много раз пытались вернуть свои земли Пригородного района. Но ты знаешь, что закон работает не на нас", - ответила Актомирову Марина Ин. "Не надо нас кормить пустопорожними байками о братстве, поступая не по-исламски и не по-братски", - заявил Хамзат Фаргиев, выражая недовольство передачей территорий Чечне.

Отметим, что после подписания соглашения о границе с Ингушетией чеченские власти договорились о демаркации границы и с Дагестаном. В апреле дагестанская общественная комиссия по демаркации указала на восемь крупных спорных территорий на границе с Чечней. У жителей Дагестана вызвали протест такие действия, как установка чеченских дорожных знаков близ Кизляра и строительство на башни близ села Ансалта.

На "Кавказском узле" также можно ознакомиться с полным текстом Соглашения 2018 года о закреплении границы между Чечней и Ингушетией с приложениями к нему (картой и геодезическим описанием границы). Кроме того, на "Кавказском узле" размещен материал "Спор о чечено-ингушской границе: аргументы сторон". На тематической странице "Как Кадыров Чечню укрупняет" "Кавказский узел" публикует новости о том, как проходило изменение границы между Чечней и Ингушетией, и о спорах по чечено-дагестанской границе.