Защита подсудимых буйнакцев уличила во лжи секретного свидетеля

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Секретный свидетель, дававший показания по делу четырех жителей Буйнакска, после просьбы адвоката опознать обвиняемых, смог назвать только Али Рамазанова, имена остальных он перепутал. Подсудимые заявили, что его показания не соответствуют действительности.

Как писал "Кавказский узел", в начале сентября 2019 года было завершено расследование дела четырех жителей Буйнакска - Самата Татарханова, Данияла Загирова, Рамазана Закарьяева и Али Рамазанова. Родственники арестованных заявляли об их невиновности, а защита требовала у следователей видео с присягой ИГ*, чтобы доказать его постановочный характер. Мать одного из обвиняемых, Рамазана Закарьяева, сообщила, что видела на теле сына следы пыток. На заседании 21 февраля обвиняемые заявили о давлении со стороны допрошенного в суде свидетеля Файзутдинова. Полицейский настаивает, что подсудимые его "с кем-то путают".

В Южном военном суде 27 и 28 февраля продолжилось рассмотрение дела четверых молодых жителей Буйнакска, обвиняемых в причастности к террористам. На процессе присутствовали гособвинитель, пять адвокатов и мать подсудимого Али Рамазанова Нуриат Шихшабекова, передал корреспондент "Кавказского узла" из зала суда.

Секретный свидетель, который проходит по делу под псевдонимом Геннадий Падалко,  давал показания 27 февраля по видеоконференцсвязи с Махачкалинским гарнизонным судом. На экране монитора свидетеля не показали, голос его был изменен.

Отвечая на вопросы прокурора, Геннадий Падалко заявил, что он знаком со всеми подсудимыми с детства, так как жил в Буйнакске и ходил с ними в одну школу и мечеть. «Я живу рядом с ними, через несколько домов от них, именно, от Рамазана (Закарьяева)», - сказал он.

Секретный свидетель рассказал, что после пятничных намазов в мечети, расположенной на улице Имама Гази-Магомеда, он разговаривал с ребятами на религиозные темы. Геннадий Падалко сказал, что в мечеть часто заходили сотрудники полиции, забирали людей, в том числе и его самого, и проводили с ними профилактические беседы на темы недопущения экстремизма. «Постоянно туда заходил наряд полиции или сотрудники ОМОН, забирали людей толпами в райотдел», - рассказал он.

Подсудимые были возмущены действиями полиции против верующих из этой мечети, что, по мнению свидетеля, говорило об их экстремистских взглядах.  «Они вели разговоры […] что в Дагестане неправильная власть и притесняют мусульман. По их разговору я понял, что им все надоело и они решили отправиться в лес, уйти в подполье, установить в Буйнакске свой порядок», - заявил Геннадий Падалко.

Свидетель также рассказал, что видел в мобильном телефоне Рамазана Закарьяева запросы в YouTube о том, "как устроена граната, как устроен автомат". «На поляне, возле школы, они из моющего средства, которым туалеты моют, «Крот», с фольгой взрывчатку какую-то делали, испытания химические», - пояснил он.

Геннадий Падалко утверждал, что подсудимые рассказали ему, что как в июне 2018 года на улице Имама Гази-Магомеда в Буйнакске погибший участник незаконного вооруженного формирования Назир Сиражутдинов передал им сумку с оружием и боеприпасами.

Также он сообщил, что видел на странице в соцсети «ВКонтакте», принадлежавшей одному из подсудимых, видеоролики «с сирийскими флагами и с диким полностью обросшим человеком с ножом».

На вопрос адвоката Сергея Заикина, куда его вызвали на допрос, Геннадий Падалко не смог назвать ни имени следователя, ни подразделения. «Я живу в Буйнакске, меня пригласили в Махачкалу, места я не знаю, кто допрашивал, не помню», - сказал свидетель.

Все подсудимые, которые во время допроса Геннадия Падалко активно переговаривались со своими адвокатами, заявили, что показания секретного свидетеля не соответствуют действительности, и они с ними не согласны.

Подсудимые учились в разных школах, подчеркнул Рамазан Закарьяев. «Свидетель сказал, что мы учились в одной школе […]  Все мы учились в разных школах, в разных концах города. Я учился в школе №6, другие в №№5, 4 и 8. С другими его показаниями я тоже полностью не согласен», - сказал он.

Адвокат Валерий Землянский предложил провести эксперимент, узнает ли свидетель подсудимых, находящихся в клетке-аквариуме. Геннадий Падалко смог узнать только Али Рамазанова. Самата Татарханова он назвал Рамазаном Закарьяевым, Рамазана Закарьяева - Саматом Татархановым, Данияла Загирова - Рамазиком.

Житель Махачкалы Маджид Абдулхаликов, допрошенный 28 февраля, рассказал в суде, что летом 2018 года участвовал в следственных действиях по этому делу в качестве понятого. «Силовик пригласил меня принять участие в оперативно-розыскных мероприятиях, я дал согласие. Кроме меня был еще один человек. При мне сотрудник открыл страницу неизвестного лица в соцсети «ВКонтакте», на которой была исламская тематика. Сотрудник делал скриншоты страниц и сохранял их в компьютере», - сказал Абдулхаликов. По его словам, он не запомнил название страницы и содержание размещенных на ней видеороликов. Он сказал, что подсудимые ему знакомы не были. Обвиняемые его также не узнали.

Следующее заседание суда назначено на 14.00 мск 3 марта.

Защита указала на признаки фальсификации дела

Адвокат Арсен Шабанов сказал корреспонденту «Кавказского узла», что считает ложью показания секретного свидетеля. «Он дал показания по всем пунктам обвинения. К счастью, свидетель сам не был очевидцем (преступлений), просто передал их слова. У обвинения есть другие свидетели: работники полиции, понятые, которые видели, как изымается оружие, как они дают показания. Это более сильные доказательства с юридической точки зрения», - рассказал адвокат.

Защита считает, что дело сфабриковано, сказал Шабанов. "Людей похитили, заставили дать такие показания, видеозапись присяги ИГ* - инсценировка. Основаниями так полагать являются заявления подсудимых об их похищении, которые подтверждаются материалами дела. Очередь защиты представлять доказательства еще не подошла, мы их представим», - пояснил адвокат.

Он также рассказал, что 100-процентных алиби у подсудимых нет, но «есть разрозненные улики среди всех материалов дела», которые указывают на их непричастность к инкриминируемым преступлениям.

Подсудимые заявляли о пытках, однако телесные повреждения не были обнаружены, указал он. «Нет отметок об этом в медицинских журналах следственного изолятора и изолятора временного содержания. Видимых телесных повреждений не имелось, поэтому эксперты и специалисты не составляли никаких актов. Следователь не направлял их на экспертизу, потому что  не было никакого подтверждения. Если бы было документально подтверждено, что при поступлении в следственный изолятор или изолятор временного содержания имелись телесные повреждения, то обязательно назначали бы экспертизу, которая установила бы причину и характер травмы. При пытках током синяки не обнаруживаются, для этого его и применяют, чтобы незаметны были повреждения», - рассказал он.

Адвокат также подчеркнул, что подсудимые себя оговорили во время следствия. «В суде они с уверенностью с самого начала указывали на людей, которых их похищали, среди свидетелей, указывали на обстоятельства похищений, как похищали, как пытали. Свидетелям задавали вопросы по этому поводу», - сказал он.

Поддержки со стороны правозащитников у подсудимых нет, «правозащитные организации сейчас не занимаются этим делом», - сказал Шабанов. 

Мать Али Рамазанова Нуриат Шихшабекова рассказала корреспонденту «Кавказского узла», что видит сына только в зале суда. «Я виделась с сыном в следственном изоляторе в Махачкале. В Ростов-на-Дону у меня получается приезжать только на судебные заседания. На свидания в следственный изолятор я не хожу и за разрешением ни к кому не обращаюсь. Передаю посылки сыну сама или через знакомых ежемесячно», - сказала она.

"Кавказский узел" собрал материалы о влиянии войны на Ближнем Востоке на ситуацию в регионах Кавказа на специальных тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата". В разделе "Справочник" на "Кавказском узле" опубликованы справка "Выходцы с Кавказа в рядах ИГИЛ"*.

* "Исламское государство" (ИГ, ранее – ИГИЛ) признано террористической организацией и запрещено в России решением суда.