Грузинские правозащитники потребовали расследовать сведения о прослушке активистов

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Грузинский телеканал обнародовал в эфире данные о прослушке СГБ Грузии политиков и активистов, после чего правозащитники потребовали от прокуратуры расследовать эти сведения. Парламент Грузии должен взять на контроль работу спецслужбы, так как отсутствие надзора дает ей возможность вести безотчетный контроль в любой сфере, отметили грузинские НПО в совместном заявлении.

В распоряжении телеканала "Мтавари архи" оказались сведения о тайной прослушке спецслужбами Грузии публичных лиц. 1 августа гендиректор телекомпании Ника Гварамия в прямом эфире авторской программы зачитал сборник текстовых записей телефонных разговоров, сделанных тайно Службой госбезопасности Грузии на протяжении 2020 года, передал корреспондент "Кавказского узла".

 Собранная информация делится на два вида – записи личных разговоров, в том числе интимной жизни и разговоры активистов об их деятельности. Речь идет о прослушке политиков от правящей партии "Грузинская мечта", оппозиционеров, журналистов, священников, бизнесменов и гражданских активистов. В частности, среди информации, озвученной Гварамией, была информация о нетрадиционной сексуальной ориентации священника и представительницы одной из оппозиционных партий; интимной связи высокопоставленного чиновника с журналистом, которая забеременела от него и была вынуждена сделать аборт. Также была раскрыта информация о жизни бизнесменов.

Гварамия озвучивал информацию не указывая при этом имен объектов прослушки. Гендиректор телекомпании возложил ответственность за тайную слежку на главу Службы госбезопасности Грузии и его заместителя Григола Лилуашвили и Левана Ахобадзе, также на руководителя оперативно-технического отдела СГБ Кобу Кобаидзе.

Правозащитники потребовали расследовать информацию о прослушке

18 неправительственных организаций выступили с совместным обращением, в котором указали, что информация о том, что грузинские спецслужбы вели прослушку публичных лиц подтвердили бытующие в обществе подозрения о тайной слежке. "Эта информация говорит о том, что Служба государственной безопасности контролирует и следит не за одной группой людей, одним кругом, люди не защищены. Среди них, представители неправительственных организаций, СМИ и политики... На фоне фрагментарных реформ, фиктивного суда и слабой парламентской подотчетности Служба государственной безопасности, со своими силами в избытке и мощными рычагами, создала механизм массового контроля. Тревогу вызывает то, что парламент продолжает усиливать оперативное техническое обеспечение и указывает на изменение в законе об информационной безопасности", – сказано в совместном заявлении НПО, перевод которого выполнен корреспондентом "Кавказского узла".

Спецслужбы расходуют средства, чтобы тайно следить за политиками и активистами, это происходит на фоне хрупкой демократии, тяжелого политического кризиса, заявили правозащитники. "[СГБ создала] жесткое политизированное ведомство, стоящее на страже интересов влиятельных политических фигур, старающихся сохранить власть слежкой, запугиванием и шантажом. В стране слабые механизмы для реагирования на незаконную деятельность СГБ, также в стране нет инструментов для эффективного контроля за деятельностью ведомства",  – сказано в совместном заявлении.

Также правозащитники отметили, что отсутствие парламентского надзора дает спецслужбе "безнаказанно, безо всякой отчетности контролировать людей в любой сфере жизни". НПО призвали прокуратуру незамедлительно начать расследование о тайной слежке, а парламент – взять на контроль работу ведомства.

Объекты тайной слежки подтвердили обнародованную информацию

Телеканал продемонстрировал в своем эфире схему правления "Грузинской мечтой", считает представитель оппозиционной партии "Единое национальное движение" Георгий Ботковели. "Она именно так [управляется. Ее руководство] не доверяет людям, которых считает своими рабами, и постоянно их контролирует", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Противоположную точку зрения высказал один из лидеров "Грузинской мечты", депутат парламента Ираклий Кобахидзе. Он назвал озвученную телеканалом информацию "сказками и фантазией".  Телефонные разговоры граждан прослушиваются с разрешения суда, иначе это противозаконно, подчеркнул Кобахидзе и отказался давать официальный комментарий, передал корреспондент "Кавказского узла".

В эфире телекомпании был зачитан текстовый документ, что указывает на "отсутствие" аудиозаписей, а тексты о том, "кто кому и что сказал может написать любой человек", заявил бывший спикер парламента Грузии Арчил Талаквадзе, передал корреспондент "Кавказского узла".

Один из тех, чей телефонный разговор был озвучен телеканалом в ходе обнародования информации о прослушке – руководитель НПО "Демократическая инициатива Грузии" Георгий Мшвениерадзе подтвердил, что такой разговор по телефону был. "Я подтверждаю, такой разговор действительно был. Это приблизительно совпадает с той датой, которая была озвучена. В телефонном разговоре шла речь о поддержке и солидарности с руководителем неправительственной организации "Центр социального справедливости" Тамтой Микеладзе, вызванной в СГБ в связи с ее правозащитной деятельностью. Как бы ни оправдывалась СГБ, эта запись получена незаконно", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Достоверность сути озвученного в эфире "Мтавари архи" его телефонного разговора также подтвердил представитель НПО "Международная прозрачность – Грузия" Бесик Намчавидзе. При этом его удивило, что СГБ заинтересовалась именно этим разговором, хотя по телефону он вел и другие, более интересные для ведомства. "Видимо, тогда я гораздо лучше защищался, используя различные пути. Это был телефон по открытой телефонной связи. Я не знаю, в каком уголовном деле я фигурирую, на основании которого меня могут слушать", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Ранее было подозрение в осуществлении незаконного прослушивания людей, но сейчас стал известен масштаб происходящего. СГБ на прослушивание одного представителя НПО с другим тратит очень серьезные ресурсы. Кроме того, проявляют интерес к интимной жизни, сказал корреспонденту "Кавказского узла" представитель "Центра социальной справедливости" Гурам Имнадзе.

Закон и законодательные акты Грузии, регулирующие слежку за гражданами и ее процесс, несовершенны. По законодательству, разрешение на тайное прослушивание и слежку за людьми выдает суд на срок от трех до шести месяцев, в случае необходимости этот срок продлевается. Также можно осуществлять контроль без разрешения суда – это происходит на короткий срок и при условии неотложных оперативных действий, и в этом случае ответственность несут представители спецслужб. Кроме того, тайную прослушку невозможно осуществить без разрешения руководителя СГБ, пояснил доктор военно-политических наук Вахтанг Маисая.

"Телекомпании передали материал, перенесенный из аудиоформата в текстовый документ, и это регулируется законом о государственной тайне. Серьезным наказанием карается даже разглашение письменного варианта информации. Телекомпания также нарушила законодательство, показав фотографию и озвучив имя руководителя отдела оперативно-технического прослушивания, а он, исходя из специфики этой структуры, фигура не публичная", – сказал Маисая корреспонденту "Кавказского узла".

Если смотреть на опыт других стран, то в США слежка ведется исключительно с санкции суда, при том, что разрешение спецслужбы получают не всегда. Основанием для слежки может быть причастность человека к тяжкому преступлению или же в связи с национальной безопасностью, подчеркнул аналитик Грузинского фонда стратегических и международных исследований Георгий Бадридзе.

В пример он привел случай, когда в 70-х годах прошлого столетия был вынужден уйти в отставку президент США Ричард Никсон из-за так называемого Уотергейтского скандала, произошедшего после того, как журналисты узнали о тайной слежке спецслужб за оппозиционерами – членами Конгресса с согласия президента. В США существует так называемый "Патриотический акт", который разрешает полиции и спецслужбам следить за гражданами, подозреваемыми в терроризме, пояснил аналитик.