Суд над фермерами подчеркнул актуальность борьбы с опустыниванием в Калмыкии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Калмыцкие фермеры Баира Цыгаменко и Светлана Хенкеева, обвиненные в мошенничестве, выполняли фитомелиоративные работы лучше всех других местных предприятий, при этом госпрограмма по борьбе с опустыниваением свернута, указал эксперт Центра по борьбе с опустыниванием. Защита заявила, что версия следствия опровергнута показаниями свидетелей.

Как писал «Кавказский узел», руководитель информационно-консультационного центра "Помощник" Баира Цыгаменко и ее заместитель Светлана Хенкеева обвиняются в мошенничестве и легализации преступных доходов. По версии следствия, предприниматели получили субсидию в 10 миллионов рублей на основании документов с завышенными данными о фитомелиоративных работ по посадке растения джузгун и посеву семян житняка. Цыгаменко и Светлана Хенкеева настаивают, что полностью выполнили все положенные работы по борьбе с опустыниванием. Уголовное дело, переданное в суд 30 июня, они назвали сфабрикованным.

Элистинский городской суд 9 ноября исследовал часть письменных доказательств, представленных стороной обвинения, сообщила корреспонденту «Кавказского узла» Светлана Хенкеева. Сам корреспондент не был допущен в зал суда в связи с антиковидными ограничениями. 

«Рассмотрение дела по существу началось 1 октября, когда суд допросил четверых свидетелей. До этого у нас было предварительное заседание 11 августа. Потом суд назначали на 26 августа, но я заболела коронавирусом, и заседание перенесли на 16 сентября. В тот день отсутствовала уже сторона потерпевших – представитель Минсельхоза. 20 октября суд снова перенесли – уже из-за болезни Баиры [Цыгаменко], она тоже перенесла COVID. И вот сегодня мы вернулись к рассмотрению. Представитель стороны обвинения зачитывал документы, которые они считают доказательствами нашей вины. Следующее заседание назначено на 23 ноября», - рассказала подсудимая.

Все четверо свидетелей - два главы крестьянско-фермерских хозяйств и два работника, - давших показания 1 октября, подтвердили слова обвиняемых о технологии посадки джузгуна и заявили, что зарплата им платилась вовремя, констатировала Баира Цыгаменко. «Они рассказали суду, что работы по посадке джузгуна были выполнены в полном объеме и что мы не имеем перед ними задолженности», - заявила Цыгаменко корреспонденту «Кавказского узла».

Защита будет настаивать на полной невиновности подсудимых, указала корреспонденту «Кавказского узла» адвокат Цыгаменко Гелена Федорова. «Все обвинение строится на геоботанической экспертизе, которую мы будем опровергать в суде, после чего заявим ходатайство о назначении судебной экспертизы. Кроме того, я полагаю, что уголовное дело было возбуждено на основании незаконных постановлений следственных органов. Как только мы исследуем письменные доказательства, защита заявит ходатайство об исключении этих доказательств из обвинения», - сказала Федорова.

Из-за подписки о невыезде и блокировки банковских счетов фермеры лишены возможности зарабатывать, посетовала Цыгаменко. «Мы не получили субсидии Минсельхоза, поэтому нам пришлось частично распродать свой технопарк, чтобы расплатиться со всеми работниками. Продали «Ниву» с прицепом, на котором доставляли джузгун на участки. Из-за того, что мы простаиваем с прошлого года, пропадает посадочный материал. Сейчас на участке саженцы прямые. Но если кустарники не окультуривать, они начнут расти, как груша-дичка, станут «кудрявыми». Как посад-материал такие кусты уже не годятся. У нас и так питомников практически нет, а теперь мы теряем еще и саженцы», - посетовала фермер.

Конференция об опустынивании перенесена из Калмыкии в Москву

Во время предвыборной кампании в Госдуму 2021 года Цыгаменко и Хенкеева были доверенными лицами кандидата от КПРФ Санала Убушиева.

«Мы вступили в "Наблюдательный полк", потому что это было движение за честные выборы. И мы бы участвовали в общественной жизни вне зависимости от наших уголовных дел. Я не могу сказать, что мы опасаемся каких-то последствий из-за своей гражданской активности, хотя, конечно, не исключаем такой сценарий. Но что для нас может быть еще хуже? Наши дети, родители видят, как нас судят по уголовному делу», - сказала Цыгаменко.

На фоне предвыборной борьбы республиканские власти запретили межрегиональную научную конференцию по проблеме опустынивания, организаторами которой выступала Ассоциация предприятий агролесофитомелиорации Юга России совместно с калмыцким отделением КПРФ, отметила Хенкеева.

«Конференция должна была пройти 22 июля. Мы с Баирой входим в Ассоциацию, поэтому не понаслышке знаем, какая велась подготовительная работа. Были приглашены депутаты Госдумы, региональные министры сельского хозяйства, ученые, практики – из Дагестана, Чечни, Астраханской, Волгоградской, Ростовской областей, Ставропольского края. Но наши власти запретили мероприятие, сославшись на ситуацию с ковидом. Теперь мы намерены провести эту конференцию в Москве. Предварительное одобрение уже получено», - заявила фермер.

Масштабная борьба с опустыниванием свернута 20 лет назад

Премьер-министр России Михаил Мишустин еще в феврале, после визита в Калмыкию, поручил федеральным Минсельхозу и Минприроды создать Центр по борьбе с опустыниванием. Соответствующая структура была создана в июне на базе волгоградского Федерального научного центра агроэкологии, рассказал корреспонденту «Кавказского узла» один из организаторов несостоявшейся конференции, руководитель Ассоциации предприятий агролесофитомелиорации Юга России и эксперт Центра по борьбе с опустыниванием Константин Бембеев.

«С одной стороны, хорошо, что Центр по борьбе с опустыниванием создан на базе Волгоградского научно-исследовательского института – это единственный институт, который занимается борьбой с опустыниванием. С другой стороны, я все-таки считаю, что главная проблема сегодня – это отсутствие системы специализированных предприятий, которые занимались бы закреплением песков и улучшением деградированных пастбищ. В мае этого года исполнилось 50 лет со дня образования Управления по восстановлению Черных земель и Кизлярских пастбищ, где я проработал 16 лет – с 2005 года. Это управление было единицей департамента Минсельхоза России. В подчинении главка находилось 52 предприятий на Юге России. Все они были ликвидированы или реорганизованы в 1990-х. И в последние годы борьбой с опустыниванием занимались только частники – как тот же ИКЦ «Помощник»", - отметил Бембеев.

Цыгаменко и Хенкеева фитомелиоративные работы провели на отлично, заверил специалист. «У них на посадках джузгуна работали около сотни жителей Бергина. Так что, помимо закрепления песков, девушки решали еще и вопрос социальной напряженности в селе. Дали людям работу, зарплату. Восстановлением пастбищ в Калмыкии занимались пять-шесть предприятий – и только у девчат из «Помощника» работа была выполнена на отлично. Поэтому, когда ко мне обратились журналисты из Первого канала, которые собирались делать сюжет о борьбе с опустыниванием, я, не задумываясь, отправил корреспондентов к Цыгаменко и Хенкеевой», - добавил Бембеев.

По данным Волгоградского ФНЦ на 21 июня 2021 года, площадь открытых песков на территории ЮФО и СКФО составляет 960 тысяч гектаров. Почти половина этой пустыни – 460 тысяч гектаров – находится в Калмыкии. «У нас открытые пески есть в пяти из тринадцати районов: Черноземельском, Лаганском, Юстинском, Яшкульском и Ики-Бурульском. В Дагестане – в трех: Ногайском, Кизлярском, Тарумовском. В Астраханской области – в Лиманском, Наримановском и Енотаевском. В Ставропольском крае – в Нефтекумском, Левокумском и Курском. В Чечне – Наурском и Шелковском районах», - сообщил эксперт Центра по борьбе с опустыниванием.

Принятая в 1986 году «Генеральная схема по борьбе с опустыниванием» действовала до 2000 года, рассказал Бембеев. Несмотря на недостаточное финансирование, реализация этой программы позволила сократить площадь открытых песков на Черных землях и Кизлярских пастбищах с 600 тысяч гектаров до 240 тысяч, уточнил он.

«Сегодня Управление по восстановлению Черных земель и Кизлярских пастбищ занимается в основном мониторингом ситуации. Но, я считаю, это учреждение нужно возродить, заставить его работать, как прежде, на межрегиональном уровне. Я писал письма в Минсельхоз России, Госдуму, председателю правительства – предлагал восстановить специализированные предприятия в субъектах. Никто мне пока не ответил», - посетовал глава Ассоциации предприятий агролесофитомелиорации Юга России.