Представители диаспор сочли надуманной угрозу для могил выходцев с Кавказа в Сент-Женевьев-де-Буа

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

За многими могилами на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа, где похоронены выходцы из северокавказских регионов России, ухаживают потомки или меценаты, так что проблема с оплатой аренды надуманна, считает чеченский историк Майрбек Вачагаев. Кладбище является историческим памятником и охраняется законом Франции, отметила президент Ассоциации осетин во Франции Лора Арис-Джанаева.

Кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем, где похоронено множество выходцев из России, находится под угрозой из-за проблем с финансированием, сообщило в январе издание "Ле Монд". По данным издания, финансирование из Москвы представляло "62% общего бюджета на поддержку русской части кладбища".

"В этом году город не принял денег от Кремля, позволяющих финансировать возобновление аренды российских участков", - сказал изданию глава Комитета по уходу за русскими православными захоронениями в Сент-Женевьев-де-Буа Николай Лопухин.

По мнению чеченского историка Майрбека Вачагаева, проживающего в Париже, кладбищу едва ли что-то угрожает. Он также отметил, что официальным историческим памятником муниципальное кладбище не является.

"На кладбище похоронена одна чеченка – Зара Тукаева. Право быть похороненной там она приобрела потому, что вторым браком была замужем за христианином, и, по-видимому, и сама приняла христианство. Очень много – десятки – похоронено осетин, а также кабардинцы, несколько азербайджанцев и грузины. Среди похороненных кавказцев самой известной является Лейла Хагондокова, она же графиня де Люар. Хагондокова дослужилась до полковника во французской армии. Раз в два года в начале января проводится парад в ее честь. Черкешенкой Франция ее считает потому, что для французов кабардинцы, адыги – все черкесы, что исторически, в общем-то, правильно. Всего из семьи Хагондоковых на кладбище похоронено двадцать человек", – рассказал корреспонденту "Кавказского узла" Майрбек Вачагаев, изучивший все кладбище.

Вачагаев рассказал, что сфотографировал все могилы на кладбище - "это 5220 могил". "Есть заброшенные могилы, но которые я сфотографировал давно и могу идентифицировать. Могилы без креста, например, вначале крест был слабенький и со временем исчез. Среди похороненных здесь кабардинцы Хаджимуковы, осетин Хуциев с женой, осетин Михаил Абациев, осетин Анонев, азербайджанец Сайдулаев, осетин Байтуганов, кабардинец Балатоков (он имел мусульманское имя при рождении, но был крещен), осетинка Бикоева, Гайто Газданов с женой, осетины Гульдиевы из станицы Новоосетинская, осетины Сикоевы, Тибиловы, Хабаевы, Хуциевы", - говорит Майрбек Вачагаев.

По мнению Вачагаева, проблема с оплатой аренды российских участков на кладбище  надуманна. "За большинством могил ухаживают потомки похороненных. Можно предположить, что большинство эмигрантов имело отношение к Горской Республике – это были оппозиционеры, все те, кто бежал от власти большевиков после победы СССР. Поэтому для них не особенно актуальна оплата от российского посольства. За 23 года, что я здесь живу, еще ни одну могилу не освободили из-за задолженности. Уход за большинством могил оплачивают родственники умерших. Если родственников нет, то место с удовольствием перекупают меценаты, которым это интересно, и платят за него. Это небольшая сумма", – заявил он.

Вачагаев также рассказал, что на другом кладбище под Парижем – мусульманском в Бобиньи – похоронен, например, президент Горской республики Тапа Чермоев.

"Чермоев похоронен прямо у забора. Несколько лет назад первые три ряда могил, включая его могилу, хотели убрать, однако местная община выходцев из стран Магриба этого не позволила. Они добились признания этого участка объектом исторического наследия – на этом же участке похоронены внук и внучки турецкого султана и известные персидские персоны. Через тротуар на этом же кладбище похоронены мусульмане, которые погибли во Второй мировой войне. За могилу Чермоева родственники не платят. У него нет родственников, кроме внуков и правнуков по женской линии, живущих в Лондоне. Они несколько лет назад приехали, сфотографировали могилу и уехали", – рассказал Майрбек Вачагаев.

Кроме Чермоева на кладбище в Бобиньи похоронены министр иностранных дел Горской республики, кумык Гайдар Бамматов и аварец Ахмед Аварский – известный политэмигрант, боровшийся за свержение советской власти из эмиграции.

По словам Вачагаева, каких-то организованных дней поминовения ни на кладбище в Бобиньи, ни на кладбище в Сен-Женевьев-де Буа нет. "Только в личном качестве ко мне обращаются за координатами могил. В основном туристы с Северного Кавказа. Я их даю, они туда едут и фотографируются – и на этом все", – сказал он.

Президент Ассоциации осетин во Франции Лора Арис-Джанаева сообщила 21 марта корреспонденту "Кавказского узла", что кладбище "является историческим памятником и, соответственно, охраняется французским законодательством".

Она также напомнила, что на кладбище похоронен писатель, осетин по происхождению Гайто Газданов.

"Гайто Газданов родился в Петербурге. Не говорил по-осетински, многие осетины не читали его произведений – он был известен среди эмигрантов", – заявил, в свою очередь, Майрбек Вачагаев.

Преподаватель осетинского языка и культуры в Университете Восточных языков в Парижа и университете в Монпелье Лоран Алибер также отметил, что не все осетины ассоциируют себя с наследием Гайто Газданова. "Гайто Газданов был этническим осетином, но обрусевшим. Поскольку он довольно известен, некоторые осетины, действительно, считают его "своим", но согласия по этому вопросу среди осетин нет. Возможно, поэтому в осетинской диаспоре, с которой я общаюсь, я не заметил резонанса по поводу того, что российское посольство больше не платит за могилы на кладбище Сен-Женевьев-де Буа", - сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

* деятельность компании Meta (владеет Facebook, Instagram и WhatsApp) запрещена в России.