Геннадий Гагулия: "Джергения полетел за то, что навесил на себя президентский пиджак сам, а я за то, что на меня его навесили другие"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Геннадий Гагулия был одной из ключевых фигур абхазской политики последнего периода. И, когда началось главное политическое действо - предвыборная кампания, он неожиданно ушел в тень. О некоторых деталях закулисной политической жизни последнего времени Геннадий Гагулия рассказал нашей газете.

- Баталии вокруг вашей отставки с поста премьера весной 2003 стали стартом предвыборного марафона. Почему, на ваш взгляд, "Амцахара" так настойчиво требовала вашей отставки?

-Насколько я теперь знаю, они вначале и не пытались ставить такое требование. Просто потом появилось много людей, которые убедили их в необходимости это сделать.

- Кто эти люди?

-А вы сами подумайте. Кому это могло быть выгодно? Всем тем, кто собирался участвовать в выборах. Причем вне зависимости от фланга, на котором эти политики в тот момент находились. По большому счёту, я не устраивал никого. Мои проблемы начались после того, как я встретился с Путиным. Мы разговаривали с ним с глазу на глаз в течение часа, и после этого еще три часа - вместе с Шеварднадзе. После этой встречи, если мне правильно передали, Путин высказался в том духе, что "там есть готовые кадры", в смысле того, кто должен быть президентом. Естественно, речь шла обо мне. Помимо этого, встреча была результативна и в плане переговоров по пенсионному обеспечению, паспортизации, в плане оказания военной помощи, правда, этот проект потом не осуществился.

Короче говоря, представьте, если я проработал бы еще полтора года. Все эти проекты начали бы реализовываться. Поддержка со стороны России была. И мне бы удалось навести порядок в экономике. У общества не возникло бы вопросов, кто должен быть президентом. Кого бы это устроило из тех, кто сейчас участвовал в выборах?! Поэтому, меня срочно надо было "уйти". И именно в этом причина требования об отставке.

- То есть, вы были вполне реальным кандидатом в президенты. Тогда почему ни одна из политических группировок не попыталась вас привлечь как "лицо"?

- Они же хорошо меня знают. Я всегда был как бы посередине. И я всегда был независим. Все хорошо понимали, что мной нереально управлять. Они понимали, что в итоге я буду над ними, а не они надо мной. Это же понимала и часть окружения Ардзинба. Там было два оппонирующих друг другу лагеря...

Те, кого я не устраивал, не нашли ничего лучшего, как обвинить меня во всех грехах по причине моего родства с Русланом Ардзинба.

- А почему тогда Владислав Ардзинба не поставил на вас, как на преемника?

-По той же причине. Управляемость мной с его стороны была бы на нуле. Я ведь и с поста премьера ушел из-за разногласий между нами. Но, в конечном итоге, мы с ним всегда находили общий язык. Он понимал, что так, как умею работать я, редко кто здесь может работать.

- В общем, президент не был против вашей отставки в 2003 году?

- Нет, он как раз тогда сказал, что ему все равно. "Пусть они выступают, а ты продолжай работать", - сказал он. Но я сам настоял на своей отставке. Я понял, что нормально мне работать не дадут.

- Так президенту была выгодна ваша отставка, или нет?

- Конечно, нет. Хаджимба был тогда совершенно не готов в качестве преемника. Президент отлично понимал, что если сейчас он сделает Хаджимба премьером, то за полтора года тот "сам себя съест". Собственно говоря, так и произошло. Нужна была рабочая лошадка, которая будет тянуть страну, а преемник должен был выглядеть в розовом свете. Но тогда у президента просто не оказалось, кроме Хаджимба, других людей, кому он мог доверить пост премьера.

- А как тогда вел себя сам Хаджимба?

-Я только потом начал узнавать, что он тогда бегал в "Амцахара" и тоже их настраивал против меня. Он так же, как и другие, боялся моего усиления. Он уже знал о том, что президент хочет его видеть будущим главой страны, но он боялся, что президент может передумать...

- Разве президент не в последний момент определился с преемником?

- Нет. Еще когда Анри Джергения занял пост премьера, ему четко сказали: "Хаджимба - следующий президент". Владислав Григорьевич давно определился с этим.

Вся наша разница с Джергения в том, что он полетел за то, что сам навесил на себя президентский пиджак, а я полетел за то, что на меня его навесили другие. Потом, как вы помните, Джергения оказался с "Амцахара". Для него мое усиление было особенно опасно, поскольку он, вероятно, собирался выдвигаться как оппозиционный кандидат от мощного движения.

- Почему, на ваш взгляд, Ардзинба хотел видеть следующим президентом Абхазии именно Хаджимба?

- Для меня это тайна. Трудно сказать, почему именно Хаджимба. Наверное, он симпатизировал ему как-то. Опять же, была практически гарантирована управляемость Хаджимба со стороны Ардзинба.

- Как я понимаю, вы не в восторге от Хаджимба, как политика. Президент знал об этом?

- Конечно, знал. Я ему много раз говорил об этом. Но его трудно в чем-либо переубедить.

- Тем не менее, назначив Вас главой своей администрации, президент, не будучи довольным работой Хаджимба, поручил вам, по сути, дублировать функции Кабинета Министров...

- Это совсем не так. Там не было никакого дублирования. Просто надо знать, в чем заключаются функции администрации президента в нормальной ситуации. То есть, в ситуации, когда эта самая администрация реально работает. Это, прежде всего, контроль за исполнением законов, это контроль за исполнением постановлений правительства, указов президента. Просто, до этого у нас администрация президента никогда нормально не работала. И когда я стал заниматься этой работой серьезно, все взвыли.

Раньше у нас было так: издается постановление, принимаются какие-то решения, но никто не проверяет, идет ли дело дальше бумаготворчества, есть ли реальная отдача от всех этих решений.

Я этой проблемой и занялся. Я требовал, чтобы нас информировали о том, как исполняются все решения президента и т.д.

- Наверное, из той же серии вызовы глав районных администраций к главе администрации президента, а не к премьеру...

- Да. Главы местных администраций подотчетны правительству, но подчиняются они напрямую президенту. И я, как глава администрации президента, собирал их у себя, чтобы контролировать их работу.

- И все же, с какой целью президент вас назначил главой своей администрации? Просто чтобы вы остались при деле, или были другие мотивы?

- Ситуация перед выборами для власти становилась очень не-благоприятной. Влияние власти на общество было ничтожным. Контроль со стороны власти над жизнью общества тоже был нулевой. Надо было срочно что-то менять. Надо было усиливать власть и ее влияние. Ведь впереди выборы. Президент знал, что я умею нормально работать, и дал мне этот пост для того, чтобы попробовать изменить ситуацию.

- Однако вы хлопнули дверью. Почему?

- Потому что потом наши пути с президентом разошлись. Он мне предложил помогать Хаджимба в избирательной кампании. То есть работать на него. Я, естественно, согласиться на это не мог. Я не собирался вести свою игру, но и не собирался участвовать в чужой игре на стороне Хаджимба. Я тогда президенту говорил, что не пройдет он. Нет потенциала, многое сделано неправильно.

Я же видел работу Хаджимба на посту премьера. За это время ничего не было сделано. Ну не может власть устраивать всех, а решения претворяться в жизнь половинчато. Я не говорю, что я гений. Но пока я был премьером, мы многие здравые вещи начали претворять в жизнь. Естественно, это многих не устраивало. А Хаджимба пытался всем угодить, а по тому ничего реально не делал. Я же знаю, как работал Кабинет Министров при нем. А его раздражала моя деятельность, и я знаю, что он бегал жаловаться на меня к президенту.

Потом была предвыборная кампания. Все успехи в паспортизации, получении российской пенсии, железной дороге приписывались ему. Но, извините, это результат не его работы. Начал все Джергения, он проговорил в России, что это неплохо бы сделать. При мне была проведена вся техническая работа. А при Хаджимба просто начали реализовываться результаты проделанного ранее. Еще раз хочу подчеркнуть, у него нет потенциала управлять страной. По многим причинам. Не хватает опыта, образования. Да нет и просто открытости по отношению к людям. Я знаю, что ему многие предлагали помощь во время кампаний. Но он отказывался. А как действовал Багапш? В его команде, наоборот, всем находилось место. И в итоге он победил. За счет имеющегося у меня политического опыта я наперед знал, что все так и произойдет.

Короче говоря, я отказался участвовать в предвыборной кампании Хаджимба и сказал, что могу уйти. И ушел...

Антон Кривенюк

Опубликовано 1 февраля 2005 года