"Верхи" не могут, "низы" не хотят?

"Северный Кавказ глазами блогеров" - совместный проект Русской службы Би-би-си и интернет-СМИ "Кавказский узел".

Мурад Магомадов из Грозного пишет о трех главных проблемах Северного Кавказа.

Мурад Магомадов родился, вырос и сейчас живёт в городе Грозный, Чечня. Журналист, публицист, непрофессиональный писатель. Бывший корреспондент газеты "Чеченское общество", писал для Британского института по освещению войны и мира (IWPR).

На позапрошлой неделе Северный Кавказ посетил президент России Дмитрий Медведев. Во время приезда его полпред в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин назвал три главные проблемы региона - высокую дотационность экономики, высокий уровень безработицы и тотальную коррупцию.

Федеральные телеканалы, конечно, показали эту новость. И хотя речь шла вроде бы о действительных для всех жителей Северного Кавказа проблемах, но какого-то ажиотажа или обсуждения среди жителей Чечни она не вызвала. Гораздо больше людей интересовало – а был ли на встрече Кадыров? Казалось бы, что это неправильно и даже глупо – вместо насущных вопросов жизни интересоваться новостями чуть ли не светской хроники – а был ли на вечеринке такой-то? И что он там делал? Но тем не менее, именно это больше всего интересовало жителей Чечни.

Откуда же возник такой на первый взгляд загадочный ракурс обсуждения?

Если спросить этих людей о причине их интереса, они ответят – «от того, насколько Кадыров сойдется с новым полпредом, будет зависеть финансирование республики». То есть, если глава Чечни был приглашен на такую встречу, значит, его отношения с прямым и косвенным руководством вполне дружеские и перспективные. Кулуарная, непубличная политика – она подейственней легитимной будет.

Все это верно, конечно. Но есть и еще кое-что.

Дело в том, что люди думают порой о том же, что и Хлопонин, но немного иначе. Когда они жалуются на безработицу, то я понимаю, что они хотят получить не просто работу, но исключительно у государства, в бюджетной сфере. «Работа» в их представлении - это что-то стабильное, достаточно доходное, желательно даже, чтобы можно было прирабатывать или подворовывать. У государства, понятное дело. Такое крепкое советское понятие «работы».

Таксист-частник на улице, продавщица в частном магазине или торговка на рынке, рабочий, нанятый на стройку – все те, кто трудится в так называемом «сером секторе» сферы труда, все они считают себя безработными. И более того, являются такими на бумаге. Возможно, даже получают соответствующее пособие. И, конечно же, не платят налогов со своих доходов. Хотя может быть зарабатывают больше, чем иные клерки в госучреждениях.

Но менталитет у них советский – работа – это когда ты куда-то ходишь с 8 до 17 или с 9 до 18 часов, и когда 5-го числа каждого месяца приносишь что-то домой. Да еще и можешь что-то унести с этой работы по старой советской «несунческой» традиции.

Так что проблемы, поднимаемые Хлопонином, не волнуют людей по той причине, что он все равно не сможет их разрешить ко взаимному удовольствию. Он же не волшебник, чтобы дать каждому кусочек счастья. Людям нужна не просто работа, им нужен достаток.

И тут мы плавно выходим на разговор о коррупции. Ведь чтобы победить это зло, недостаточно полпреду озвучить эту проблему или даже начать карать по суровым сталинским законам. Последнее не пройдет хотя бы потому, что сейчас все же не времена советского тоталитаризма. С коррупцией невозможно покончить исключительно «сверху», к этому процессу обязательно должно подключиться общество. Нужно, чтобы сами люди жестко пресекли бы это действо на корню. Вы скажете – да ведь они стонут от коррупции и мечтают покончить с ней. Так, да не так.

Простой пример. Есть у меня два приятеля, оба – чиновники. Первый заканчивает строить двухэтажный дом и ездит на дорогом джипе, второй живет в квартире и имеет отечественный «жигуль». Понятно, что честно на государственной зарплате невозможно за несколько лет построить дом в два этажа. Но если спросить у наших общих знакомых, что они думают об этих двух людях, то про первого скажут – «молодец, умеет крутиться», а второго охарактеризуют как простофилю, хотя и порядочного человека.

Как же так – одни и те же люди осуждают коррупцию и в то же время положительно отзываются о коррупционерах? Как это возможно? Да очень просто – в обществе не существует общего, массового неприятия коррупционных отношений.

Когда кто-то негативно говорит о взятках, то можно процентов на восемьдесят гарантировать, что, оказавшись завтра на месте этого чиновника, он сам же будет брать деньги. Человек протестует не против самой системы, но против того, что бы она ущемляла его. Если система будет работать на него, он будет только защищать ее.

Кроме того, человек готов протестовать против того, чтобы чиновники брали деньги. Но он не готов отказаться от того, чтобы давать эти взятки. Иначе говоря, чтобы обойти кого-то в очереди или получить не полагающуюся ему по закону справку, он вполне себе без угрызений совести сунет мзду чиновнику. И искренне будет возмущен, если другой сделает это же самое и обойдет его все в той же очереди.

Так что если Хлопонин учтет все эти обстоятельства, то сумеет понять - с какими проблемами он имеет дело. Но вот сумеет ли он разрешить их, очень большой вопрос.