Новые подробности биографии Айтека Намитока. Продолжение...

Благодаря Дэнэф Четао, которая любезно перевела с турецкого языка фрагменты «Воспоминания кавказского скитальца» Мусы Рамазана, изданные в  1997г. в Стамбуле, стали известны новые подробности биографии черкесского политика и ученого Айтека Намитока, автора первого академического монографического исследования по этногенезу адыгов «Происхождение черкесов», опубликованного на французском языке в 1939г.

Айтек Намиток, дата фото неизвестна...

В своем блоге 21 апреля 2018 г. я опубликовала часть перевода.

http://www.kavkaz-uzel.eu/blogs/1927/posts/32754

Мы с вами, дорогие читатели, остановились на том, что профессор Айтек Намиток пригласил своего друга Мусу поехать вместе из лагеря к его семье.

«По его поведению было заметно, что он чего-то ожидал и не договаривал. Мы проводили много времени вместе, но я не осмеливался   спросить, что его беспокоило. Во время нашего путешествия на пароме он мне много рассказал о своей семье, но в Стамбуле никто за ним не приехал. Через несколько дней он получил письмо. Когда он дочитал его, у него на лице появилась улыбка. Видимо, в письме были хорошие новости. Профессор подошел ко мне и сказал: "Муса, завтра уезжаем!". Я был в недоумении.

Он рассказал: "Недавно я написал письмо своему другу Пшемахо Коцеву (в 1918 г. – Председатель правительства Горской республики, в 1920г. эмигрировал в Турцию - НН).  Он разговаривал с моей женой, сообщил ей о моем приезде в Стамбул и что я нахожусь в лагере Тузла. Она ему ответила, что из-за плохого самочувствия не может приехать ко мне в Стамбул, но будет очень рада, если я захочу приехать к ней в Бандырма (город и район в провинции Балыкесир - НН), что двери ее дома всегда открыты для меня". Слезы наполнили его глаза. 

Несколько минут прошло в молчании. Затем он заговорил: "До начала II мировой войны я жил в Париже. В годы молодости мы близко общались с Гайдаром Бамматом (в 1918г. министр иностранных дел  Союза горцев Северного Кавказа и Дагестана, с 1921г. в эмиграции – НН). Гайдар был высокий, красивый парень, очень интеллигентный и владел языками. Я тоже был видным молодым человеком.

Черкесы, проживающие в Париже, хотели меня женить и предложили познакомить с одной черкешенкой. Сказали, что она из очень благородной семьи, культурная и красивая. Она находилась в Тунисе. И так мы с Гайдаром отправились в Тунис. Вот так мы познакомились и поженились с Хайрие Мелек Ханым". 

http://www.kavkaz-uzel.eu/blogs/1927/posts/28361 - подробнее о Хайрие Мелек Намиток читайте здесь..  

 На следующее утро мы с профессором покинули лагерь и двинулись в Бандырма. На пароходе вместе с нами путешествовали студенты, возвращавшиеся домой на каникулы. Присутствие профессора, знающего французский язык, очень заинтересовало их. Они сразу окружили его и начали задавать вопросы. Он был рад вниманию студентов и живо стал с ними общаться. Когда молодые спросили, куда мы едем, он им показал записочку, где был написан адрес: Маниас, аул Дюмбе. Некоторые студенты даже знали его жену. Когда мы сошли с парохода, молодые люди нам помогли перенести наши вещи, наняли машину для нас. Таксист тоже хорошо знал Мелек Хайрие Ханым.

День был ясный и солнечный. Мы продолжали путь молча, так как наш водитель говорил только на турецком языке. Дорога заняла около тридцати минут, и наконец-то стали заметны первые крыши домов аула. Таксист жестами дал нам понять, что Мелек Хайрие Ханым живет в этом доме.

Профессор был очень взволнован. Он отправил меня вперед постучать в двери. С моим появлением поднялся шум лающих собак. Затем двери открылись в большой двор. Слуги нас пустили в дом и провели до гостевой комнаты. В группе встречающих нетрудно было отличить Хайрие Мелек Ханым. Это была красивая и живая женщина лет 50. На столе были накрыты вкусные блюда сыр, хлеб, масло, мед и всевозможные пироги.

Мелек Ханым лично ухаживала за нами за столом. Она сказала: "Мой дом не похож на европейские дома, но мои продукты всегда свежие и вкусные. Добро пожаловать". 

Хайрие Мелек Ханым, как подобает хозяйке, хотела общаться со мной, но языковой барьер нам в этом сильно мешал. Она владела турецким, арабским, французским, черкесским языками и очень хорошо разговаривала на английском. К тому же я говорил на русском, лакском и немецком. Профессор с женой в основном разговаривали на французском, а иногда на черкесском.  (…)

Профессор больше времени проводил в своей комнате и отдыхал, отходил от жизни в лагере. Все же сразу было видно, что профессор не был приспособлен к деревенской жизни. Жители деревни уважали Хайрие Ханым. Когда распространился слух о приезде ее супруга, все приехали с ним познакомиться и показать свое доброе отношение. И так я открыл для себя, что в этом регионе жило очень большое количество черкесских семей. Я тоже был для них предметом интереса, они окружали меня и задавали много вопросов. Моя жизнь очень  интересовала их. Я  в 19 лет покинул свою родину для службы в армии, воевал во время Второй мировой войны, попал в плен, выжил и пережил много мук! Они хотели выслушать меня. 

Когда пришло время прощаться, я попросил разрешения у своих хозяев. Профессор обнял меня крепко, поблагодарил за все и сказал: "Я тебя никогда не забуду, не прощаюсь, так как верю в наши будущие и скорейшие встречи" и отдал мне конверт с обещанием вскрыть его попозже. Когда я уезжал, он закричал вслед: "Никогда не теряй любви к родине, родному Кавказу!" 

К Султан Бею ( ювелиру на рынке, у которого в Стамбуле стал работать Муса -НН)  часто приходили гости, выходцы с Кавказа, и темы разговоров всегда касались родного края. Профессор Айтек Намиток вместе со своей супругой Мелек Хайрие Ханым переехали в Стамбул. Они снимали квартиру в одном из районов Стамбула, где жили родственники Хайрие Ханым. Они продали часть своего хозяйства в ауле и жили на эти средства. Хайрие Мелек Ханым была совсем другой по сравнению с той, которую я помнил. Она была очень худая,  у нее были проблемы со здоровьем. 

Профессор хотел работать. Друзья устроили его на работу учителем французского в Стамбульский мужской лицей. Через некоторое время Хайрие Мелек Ханым умерла. Похороны прошли в Стамбуле с большим количеством присутствующих. Она была похоронена на кладбище Караджа-Ахмет.  Не прошло и года, как профессор Айтек Намиток тоже покинул наш мир.

Могила Айтека и Хайрие Мелек Хундж в Стамбуле. Кладбище Караджа-Ахмет. Памятник возведен на средства американского черкеса Хусена Хабаху в 1960-е гг. В таком виде могила восстановлена благодаря черкесским активистам Турции в 2018 г. 

На похороны приехал из Франции всемирно известный лингвист Жорж Дюмезиль. 

Профессор Айтек Намиток служил своему народу до конца своих дней. Как и многие другие его земляки, он был похоронен вдали от родины. Но там, где он покоится, его всегда вспоминают добрым словом и оценивают его вклад в развитие черкесского сообщества в Турции. Пусть покоится с миром».