Зейнел Абидин Беслени о конфликте поколений и особенностях черкесского самосознания в диаспоре

Этот пост - продолжение перевода интервью английского ученого З.А. Беслени, записанного в 2015 году. См. предыдущий пост. 

Не могли бы Вы сказать – в  2015 году черкесское самосознание растет или падает?

В терминах  культуры черкесский язык находится в крутом упадке. На самом деле он был в упадке в течение десятилетий. Но в то же время я считаю, что черкесианизм (термин автора – НН)  как политическая и диаспоральная идентичность находится на подъеме. На самом деле в черкесском обществе есть два типа людей. С одной стороны, существуют те, знает язык и получил воспитание в черкесской среде со всеми культурными чертами, но, возможно, без политического сознания. С другой стороны, есть те, кто не говорит на языке и не получил черкесского  воспитания - возможно, потому, что они родились в городах - но у них есть черкесская политическая идентичность, ощущение, что у них больше, чем одна родина, что у них несколько идентичностей.

С распространением английского языка у черкесов также появился шанс общаться с другими черкесами  - не только на Кавказе, но и с черкесами в Грузии, Сирии и Соединенных Штатах. Так что незнание языка больше не является барьером. Поэтому мы можем говорить о другом типе черкесской государственности или черкесской национальной идентичности, преобладающей в наши дни. Эта идентичность является довольно глобальной и взаимосвязанной, в основном свободной от национальных географических границ.

Что бы вы сказали о  наиболее важных вопросах для черкесских активистов на данный момент, как в Турции, так и в других местах?

Потеря языка и политика ассимиляции в Турции, вероятно, является наиболее важной проблемой. По сути, эта идея борьбы с ассимиляцией повсюду - будь то в Турции, России, США, Сирии, Иордании или где-либо еще - является главной.  Черкесские активисты хотят демократического Кавказа, демократической родины  (..), это другой вопрос. В связи с этим многие люди заинтересованы в том, чтобы иметь что-то вроде  двойного гражданства на своей исторической родине.

Есть ли разрыв между поколениями -  между молодым поколением, которое, возможно, потеряло язык, но имеет обостренное черкесское самосознание, и старшим поколением, взгляды которого  противоположны?

Да. Это хорошо известная черта диаспор. Первое поколение пытается выжить; второе поколение обосновывается и взаимодействует с принимающим сообществом; затем третье поколение  действительно беспокоится о предполагаемых изменениях в  «сущности» их культуры.

Но я должен подчеркнуть, что черкесское политическое сознание или активизм начались не только в 2000-х годах. Это действительно началось, как только черкесы  прибыли в Османскую империю в 19 веке. Черкесы занимают отдельную «категорию» внутри Турции среди всех тех этнических групп, которые не имеют корней  в Анатолии - боснийцы, албанцы, грузины, турки с Балкан. Во-первых, Черкесия никогда не была частью Османской империи. Во-вторых, черкесы никогда не имели реальных отношений с условной «турецкостью»,  как, например, люди с Балкан. Так что черкесы и турки иногда считают себя «дистанцированными» друг от друга.

Черкесы, вероятно, третья по величине этническая группа в Турции, которая может привлечь тысячи людей, чтобы продемонстрировать политические цели. Время покажет, как сыграют изменения национальной идентичности новых поколений.