Заявление матери убитого Башира Дышноева

Руководителю Назрановского Межрайонного Следственного отдела

СУ СК РФ по РИ

Уполномоченному по правам человека в РИ Оздоеву Д.Э

                                      В Правозащитную организацию «МАШР» Муцольгову М.А.

В ПЦ «Мемориал»  Черкасову А.В.

                                               комитет «Гражданское содействие» Ганнушкиной С.А.

                                                        от Дышноевой Любы Татриевны

                                                        проживающей по адресу: с.п. Плиево,

Аюб – 8 928 729 35 33

Заявление.

   22 марта, после 4:00, я проснулась от шума во дворе. По громкоговорителю на русском языке нам приказали выйти на улицу. Я выглянул в окно, и увидела, что вокруг нашего дома, за забором, стоит очень много вооружённых людей в военной форме. Так же перед воротами стояли несколько БТРов и бронированных машин марки «Урал». В это время в доме, кроме меня находились, два моих сына Магомед, 1982 г.р. и Башир, 1985 г.р., моя дочка Айшат, 1979 г.р. и невестка, жена моего третьего сына, Аслана, 1990 г.р. 

   Я с дочкой и старшим сыном ночевала в старом доме, а Башир, Аслан с женой в новом доме. Мы все вышли на улицу, оставив окна и двери открытыми, как нам приказали военные.  Аслана дома не было. Магомеда силовики поставили лицом к стене, а Башира поставили на колени и завели руки за голову. Меня, дочь и невестку, вывели на улицу за ворота. Через несколько минут нас, женщин, посадили в легковую машину и увезли на допрос в г. Назрань. Допрашивали в здании ЦПЭ МВД РФ по РИ.  Спрашивали о том, чем занимались мои сыновья, про их друзей, были ли у них раньше проблемы с властями.

   В это время в доме силовики проводили осмотр помещений, прикрываясь моими сыновьями. Об этом мне стало известно со слов Магомеда. Прикрываясь их телами, они осмотрели каждую комнату, в каждом доме.  У сыновей спросили, где находится Муслим Куриев, на что Башир спросил у них зачем он им нужен, если он всё равно в мечеть не ходит. Закончив осмотр дома, Магомеда оставили во дворе, а Башира повели за дом и приказали ему бежать. Он отказался, сказав, что ни в чем не виноват, чтобы убегать. Тогда силовики толкнули его в спину и, когда он сделал несколько шагов вперёд, чтобы не потерять равновесие, выстрелили в него. Это видел мой старший сын, Магомед. Он возмутился, сказал, что его тогда пусть тоже убивают, но Магомеда посадили в машину и отвезли в ЦПЭ на допрос.   

   Во время обыска силовики вынесли из домов почти всю бытовую технику, забрали все наши документы и автомашину «ВАЗ»- 21112. Вторую машину марки ВАЗ 21099 серого цвета, они не смогли завести, поэтому оставили её во дворе, вытащив оттуда аудио магнитолу.

   Закончив обыск в доме, который напоминал обычным грабёжом,  силовики заминировали дома и взорвали их. Тело Башира увезли и вернули только на следующий день. С допроса нас отпустили только вечером. Когда мы вернулись домой, там уже никого не было.

   Местонахождение третьего сына, Аслана, мне до сих пор неизвестно. Я предполагаю, что он мог быть задержан до начал спецоперации, когда вышел из дома, чтобы пойти в мечеть.

   Мы в устной форме обратились с жалобами в прокуратуру и Совет безопасности. В Совете безопасности нам сказали, что по факту спецоперации в нашем доме будет проведено следствие, о результатах которого нам сообщат дополнительно. Никто нам так и не сказал, в чём виноват мой сын и за что его убили.

   На основании выше изложенного убедительно прошу Вас оказать мне содействие в защите прав членов моей семьи, привлечение к ответственности виновных в убийстве моего сына Башира, а также в розыске без вести пропавшего сына Аслана.

27 марта 2014 года                                Л.Т. Дышноева