Цирковая лошадь хороша, но в горах ей делать нечего.

В Новый год все отдыхают. Я тоже отдыхаю. И работаю. Приехал в Цахкадзор, привез туристов. Это небольшой городок в Армении, горнолыжный курорт. В советское время здесь тренировалась наша олимпийская сборная. И сейчас курорт цветет. Отдыхающих с лыжами туристов в несколько раз больше, чем самих жителей. Садишься на канатную дорогу, и тебя поднимает на вершину горы, оттуда – вниз, в основном на лыжах. Даже дети с лыжами. Я кататься на лыжах не умею, спустился по канатной дороге. И все-таки впечатлений через край. Вот интересно, почему в Нагорном Карабахе до сих пор не построили такую же лыжную трассу, не провели канатную дорогу? Горы у нас есть. И миллиардеры есть. Можно было бы вложить немного денег и построить. Ведь каждый год собирают по всей диаспоре деньги для Нагорного Карабаха. Если бы не воровали, давно бы уже построили. Или никто идею не подал? Не верю
.

Зашел на «Кавказский Узел», почитал в блоге моего азербайджанского коллеги про блестящую горадизскую операцию, про то, что Карабах – это азербайджанская земля и армяне тут вообще никто. Вот думаю, ответить ему, как я умею, или не стоит превращать «Кавказский Узел» в место ссор? По-моему, лучший мой ответ это то, что я живу в Степанакерте, где родился и вырос. И мои дети здесь живут. Мои предки из села, которое неподалеку от Степанакерта, – из Сарушена. С азербайджанского это никак не переводится, а с армянского переводится как Горное село.

В 1994 году я был в Горадизе. Одно дело, когда тебе рассказывают, другое – когда ты сам участвовал в событиях и пережил это в реальности. Меня учили, что надо уметь отличать слова от дела. Сказать можно все, а вот сделать – это сложнее. Да, Горадиз мы оставили, 17-летние пацаны, у которых были только автоматы, и то почти без патронов, против танков, вертолетов и прочей техники. Кто был со мной – помнит. Потом уже узнал, что за нами наш стоял полк, у которого был приказ: ни шагу вперед, что бы там ни происходило. Это грязная политика вмешалась в войну, а мы были кроликами, но почему то выжили. Если я начну перечислять наши победы, даже армяне устанут об этом читать. У автомобиля есть один плюс – на аккумуляторе, и у них была одна победа. И то купленная. Вот они и вспомнили.

Прошу прощения, если утомил своими воспоминаниями, немного сумбурными. Лучше я расскажу, чем отличается настоящая карабахская лошадь от той цирковой, которая тоже так называется. Настоящая карабахская лошадь – это та, что родилась в Карабахе и сосет молоко у матери, которая щиплет траву, растущую на наших горных лугах. И дышит карабахским воздухом. Со звездою на лбу. Остальное все жалкие подделки. Пусть и породистые, но не настоящие.