Родные погибших на Ми-26: умереть на "Курске" оказалось почетнее, чем на войне

Жертв семейного насилия из республик Северного Кавказа, которые были вынуждены сбежать и предать огласке свой случай, в случае возвращения назад в семью чаще всего ожидает лишение всех прав, ограничения свободы, принудительное замужество и даже убийство. Чаще всего главной ошибкой беглянок становятся попытки установить связь с прежними знакомыми, указали правозащитницы.

Активисты провели у посольств Германии и России в Ереване пикеты в поддержку людей, которых они считают политзаключенными.

Более тысячи детей-сирот в секторе Газа получили комплекты одежды, отчитался глава Чечни Рамзан Кадыров, который в очередной раз напомнил о важной роли секретаря Совбеза республики Адама Кадырова в доставке грузов.

Сведения о том, что спецкомиссии по урегулированию семейных конфликтов принуждают разведённых супругов к примирению, являются вымыслом, заявил сотрудник администрации главы Чечни Аслан Абдулаев. Жители республики, комментируя в соцсети его заявление, указали, что сохранение семьи зависит от поведения обоих супругов, а при безответственном отношении к браку усилия по примирению не имеют смысла.

Убийства по мотиву кровной мести следует квалифицировать как совершённые из личной неприязни, поскольку отдельная норма Уголовного кодекса создаёт неравенство перед законом. Если кровную месть исключить из числа квалифицирующих признаков, то это будет способствовать распространению самосуда, указали опрошенные "Кавказским узлом" юристы.

Журналист Владимир Севриновский* показал в своем документальном фильме, как действует механизм урегулирования кровной вражды в Ингушетии и Чечне. В одном из случаев семьи убитого и убийцы смогли примириться, в другом родные погибшего отказываются простить виновника уже 26 лет.