Чечня forever

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Политиков никто не любит. Можно разделять взгляды и методы действующих политиков, можно не разделять, в исключительно редких случаях с ними можно дружить (тщательно скрывая это от окружающих) , но любить политика за его политику нигде в цивилизованном мире как-то не принято, да и противно это обычной человеческой природе. Впрочем, все это относится только к здравствующим политикам. Смерть, а уж тем более убийство действующего политика делают его непогрешимым. Многих - на короткое время, некоторых - как Улофа Пальме, например, - навсегда.

Убийство Ахмада Кадырова стало последним доказательством того, что человек он был выдающийся. В самых разных смыслах этого слова, а не только в смысле, вкладываемом в некролог. Если отбросить пафосные слова о заботе о населении и великой роли в сплочении чеченской нации, все равно, как ни крути, получается, что потеря эта весьма болезненна и для Чечни, и для России. То есть прежде всего для Москвы и Кремля. Обычные российские граждане - при плохом варианте развития событий - могут, увы, в повседневной жизни столкнуться с последствиями смерти Кадырова, если чеченские кланы и группировки начнут выяснять отношения между собой, а также между собой и центральной российской властью на всей территории России. Как это делается, все знают.

Кадыров смог создать некую видимость стабильности в Чечне. Он прочно сел на финансовые потоки, пусть холодно, но все же был принят в мусульманском мире, удачно применял политику кнута и пряника с лидерами тейпов и боевиков, мог договориться с Москвой и федералами, а при случае показать им зубы. Им были недовольны, но терпели - другого-то все равно нет. Он был не только выдающимся - но и невыдающим. Говорили, что после добровольной явки с повинной видных чеченских сепаратистов в марте-апреле нынешнего года недовольство Кадыровым в, скажем так, радикальном крыле ФСБ росло. Меньше чем за месяц к Кадырову пришли бывший министр обороны Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России), бывший начальник особого отдела Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России), начальник охраны Масхадова и другие не последние люди в масхадовском окружении. Кадыров лично им что-то гарантировал, и они действительно не были выданы ФСБ. Более того - речь шла об их трудоустройстве, причем вовсе не на письмоводительские должности, в администрацию Чечни. Что станет с этими людьми сейчас - а их заинтересованность в благополучии Кадырова была очевидна, - не знает никто. При этом и в ФСБ были заинтересованы в авторитете и добром здравии Кадырова не меньше: кому бы ни сдались боевики, важно, что сдались, и это плюс всей власти, всей Лубянке и всему Кремлю.

Понятно, что убийство Кадырова выгодно Масхадову, Басаеву и иже с ними. Правда, между Масхадовым и Басаевым, которых принято упоминать вместе, есть некоторая разница: Масхадов - легитимно избранный президент Чечни, о чем в России предпочитают не вспоминать, а Басаев, вне всякого сомнения, террорист. Внятных доказательств их причастности к убийству Кадырова пока нет - хотя нет сомнений, что их и обвинят, причем именно в связке: Масхадов и Басаев. Но тема эта день ото дня становится все более скользкой, и к тому же обоюдоострой. В Катаре в разгаре суд над двумя российскими гражданами, обвиняемыми в убийстве Зелимхана Яндарбиева. Между прочим, в недавнем прошлом Яндарбиев - и. о. президента Чеченской республики Ичкерия (суд Грозного вынес решение о признании террористической и запрете на территории России организации «Чеченская Республика Ичкерия» («ЧРИ») и 29 ее подразделений в 14 европейских странах).

Опубликовано 11 мая 2004 года.