Видимо, что так...

Памятник установлен на частные средства...

И, что делать?...

мало. нужно сильно больше.

как-то привыкли уже видеть Апти в кадре от первого лица, что тут его можно и не заметить. крупные мужчины вокруг ))

"сорок сороков" как создавалось в качестве желтушного пиар-движения по типу НОДа, так и продолжает себя проявлять. к вопросам веры и христианского вероучения это имеет крайне малое отношение. если вообще имеет. хотя символику православо-патриотическую и используют обильно.

не первый раз слышу эту телегу, про то, что чиновники-де ни шагу сделать, ни слова сказать без приказа начальства - не могут.это удобно для объяснения процессов без наличия железных фактов на руках.лично я думаю, что тезис об отсутствии свободы маневра для чиновников - ложный.в случае Солтаева - это довольно типичная ситуация. т.к. реальных проблем с нарушениями прав жителей Чечни он не решает (в виду того, что их официально как бы и нет). приходится создавать видимость активности за пределами Чечни и ухватываться за любой возможный кейс.

с использованием образа и легенды без согласия самого монаха - это понятно и логично. а вот когда он в таком статусе толкает речи с трибуны как политагитатор, да еще и без согласования с Церковью - это другое.

вот это и вызывает вопросы.как монах-схимник может быть публичным человеком, выражающим "позицию немалого числа людей" по вопросам, не имеющим отношения к интимным вопросам веры? это же оксюморон.

тогда не понятно в чем состоит схимничество монаха, если он оказывает такое влияние на "мирское".

а что есть политическое влияние?на принятие государственных решений - да, нулевоевлияние на умонастроения оппозиции, особенно той, что действующие власти называют "радикальной" - далеко не нулевое и не мизерное.

Как всегда все для большого начальства? 

Проще говоря, ребята делают на всем бизнес, на фото трупов, на гуманитарке, на символике, которая в этом месте, в это время хорошо продается? 

Т.е. все сводится к обвинениям Армении в вооружении НК? 

Если убиваешь ради больших денег, то это уже не криминал, это большая политика.